Окончание. Начало в n47.

Методом шоковой терапии анатолий чубайс возбудил творческие силы своих оппонентов. За полтора месяца появилось по меньшей мере десять альтернативных проектов реформирования энергетики.

Формально авторство "основных направлений государственной политики реформирования электроэнергетики рф" принадлежит минэкономразвития. Но все понимают, что правительственные "направления" всего лишь краткий конспект предложений, разработанных в рао еэс. Более того, принципиально нового в них не так уж много. Еще в 1997 году президентский указ n426 предусматривал и формирование основ конкурентного рынка, и создание генерирующих компаний, и реструктуризацию рао. Три года энергетика как бы не замечала существования этого документа. Прямо по пушкину: "пора уснуть уж наконец, послушавши, как царь-отец рассказывает сказки". Но стоило анатолию борисовичу взять указ на вооружение, стряхнуть с него пыль и наполнить конкретным содержанием, как поднялся переполох.

В чем-то нынешний глава рао подобен маршалу жукову. Когда тот появлялся на передовой, бойцы понимали: скоро в атаку. Так и по дислокации чубайса можно предугадать начало стратегического маневра.

Кто еще пару лет назад мог предположить, что за электричество в этой стране будут платить "живыми" деньгами? а теперь платят - чубайс заставил. Поэтому теперь мало кто сомневается, что и конкурентную энергетику анатолий борисович, раз уж начал, будет продавливать "до последнего патрона". Это вызывает восхищение у сторонников. Это же мобилизует противников.

Идея реструктуризации проста и логична. Если можно из естественной монополии выделить конкурентный сектор, то почему бы этого не сделать. Оставить на монопольном положении электрические сети (провода), а электрические станции, вырабатывающие энергию, отпустить на волю и заставить конкурировать между собой, бороться за потребителя и повышать собственную эффективность.

Административные энергетические комиссии, существующие сегодня, так и не научились определять "правильные" цены, а энергетический пул, биржа сделают это в автоматическом режиме. Получить деньги за проданное электричество для монопольной энергетики головная боль. А у конкурентной потребитель не очень-то забалует.

Сама по себе схема очень привлекательна тем, что полностью укладывается в логику наших рыночных реформ, да и общемировой тенденции. Поэтому любая критика, любое несогласие априори как бы несут на себе каинову печать антирыночности и экономической замшелости. Почему же многие специалисты все-таки рискуют репутацией, вступая в спор с либеральными планами рао?

энергетиков беспокоит (да что там говорить, пугает) то, что для реализации этих планов потребуется слишком масштабная и болезненная структурная перестройка отрасли. При том, что в чистом виде претворить в жизнь красивую идеальную схему, скорей всего, не удастся.

От двух до пяти.

Конкурентный рынок предполагает равные условия для всех его участников. Но как могут конкурировать между собой атомные, тепловые и гидростанции, если себестоимость энергии у них отличается в разы?

неравенство существует и между тепловыми станциями, работающими на мазуте, газе и угле (цены на эти виды топлива остаются "регулируемыми", то есть нелогичными и непредсказуемыми). Даже на однотипных тепловых станциях удельный расход топлива скачет в широких пределах - от 300 до 500 гут/квтч. Как будут конкурировать между собой поставщики со столь разными условиями производства?

в принципе уравновесить условия разных поставщиков энергии можно с помощью ренты, изымая часть сверхдоходов в пользу государства.

Однако это и будет означать возврат к пресловутому администрированию в назначении тарифов.

В рао предвидят эту проблему, предлагая не сразу выпускать на рынок гидростанции, разделить "росэнергоатом" по меньшей мере пополам, а остальные генерирующие компании собирать по принципу эффективных и неэффективных мощностей поровну.

Поровну вряд ли удастся, для этого пришлось бы учесть слишком много факторов: состав оборудования, потребность в запчастях, удаленность от источников топлива, географическое положение и т.П. Но, даже если удастся, при изменении ценовой пропорции между газом и углем достигнутое равновесие тут же разрушится.

"Росэнергоатом" делиться не желает и готов стоять до последнего.

Значит, не только гэс, но и аэс пока придется оставить в стороне от конкурентного рынка.

Уже в ходе обсуждения инициаторы реформы признали и проблему тэц.

Дело в том, что "теплоэлектроцентрали" производят не только электричество, но и тепло (какой продукт основной, а какой сопутствующий, не понятно). На отопительном рынке тэц всегда останется естественным монополистом. Но ведь нельзя же быть "монополистом наполовину"! специалисты рао уже соглашаются с тем, что и тэц не должны участвовать в конкурентном ценообразовании.

И вот что в результате. Тэц - это 60 процентов производства энергии. Аэс - еще 10. Плюс гэс, плюс обособленные энергосистемы, физически не связанные с единым кольцом. Что же остается на долю конкурентного рынка? от двух до пяти процентов всей энергетики. Ради этого стоит огород городить?

цена вопроса.

Надо иметь в виду, что эти оставшиеся пять процентов определят базовую цену для всей энергетики. Что это будет за цена?

мировая практика такова: решения о демонополизации энергоснабжения в большинстве стран, проводивших подобные реформы, принимались ради снижения тарифов. У нас же накопилось слишком много показаний к их росту. Тут и потребность в инвестициях, и перекрестное субсидирование (при котором промышленность как бы оплачивает часть бытового энергопотребления), и рост цен на основные виды топлива, и, судя по всему, неизбежный (и страшно дорогой) перевод тепловых электростанций с газа на уголь. Нашим реформаторам приходится заботиться не о том, чтобы облегчить жизнь экономике, а о том, чтобы не сделать ее невыносимой.

По расчетам рао, экономика переживет рост цен на электричество.

Даже дополнительные расходы бюджетных организаций будут перекрыты ростом налоговых платежей. Однако исследования, проведенные в академии наук рф на математической модели rim (российская межотраслевая модель), дают иной прогноз. rim Предсказывает, что рост цен в энергетике (ради увеличения инвестиций, необходимых для того, чтобы энергетически обеспечить запланированный рост ввп) приведет к ухудшению положения во всех отраслях промышленности и к сокращению валового внутреннего продукта примерно на 25 % за 10 лет. То есть экономика не сможет безболезненно адаптироваться к энергетической реформе.

Разумеется, никакой прогноз нельзя считать окончательным. Но по крайней мере стоит признать, что рост цен на энергию чреват слишком большими и непредсказуемыми последствиями. Можно ли рискнуть и оставить его под контролем только автоматических механизмов рыночной конкуренции?

почем конкуренция.

Да, многие страны склоняются именно к конкурентной модели развития энергетики. Правда, реально осуществили такие реформы пока немногие. Сторонники "основных направлений..." Указывают на удачный опыт англии и уэльса. Противники припоминают нынешний энергетический кризис в калифорнии, когда... Призовем в свидетели независимых экспертов.

Авторы книги "конкуренция и выбор в электроэнергетике" салли хант и грэм шаттлуорт, с восхищением описывая британский опыт, как бы нарочно предупреждают: "операционные издержки (т.Е. Издержки на обеспечение функционирования рынка) могут превысить положительный эффект от введения конкуренции. Особенно в странах с низкой рыночной культурой".

Не важно, какой "рыночной культуры" не хватило в калифорнии, но эффект, полученный там в результате радикальной реформы, далеко не положительный. До кризиса калифорнийские цены на энергию были в полтора раза выше средних по стране. В дни кризиса превышение уже в десятки раз. Дефицит в 1500 мегаватт, отключение потребителей, призывы к населению не включать стиральные машины, духовки, помогать больным, использующим медицинское электрооборудование...

15 декабря прошлого года федеральная комиссия по энергетическому регулированию сша вынуждена признать: значимость конкурентного рынка электроэнергии переоценена, требуются срочные меры по ограничению цен и по строительству новых генерирующих источников.

Монопольная парфюмерия никого не устроит, потому что способна производить только "тройной одеколон". Но ведь энергетика производит не духи. Электрический ток от разных производителей один и тот же. Качество и эффективность здесь не так сильно зависят от персонала, себестоимость закладывается еще на стадии проектирования (где строить станцию, какой вид топлива выбрать, какое оборудование установить). Для выяснения того, какому из производителей следует отдать предпочтение, не обязательно устраивать конкуренцию между атомной и тепловой станциями, нужно так организовать диспетчерскую службу, чтобы аэс не простаивала в резерве.

С другой стороны, ведь и естественная монополия может быть организована по-разному. Где-то одна государственная корпорация, где- то несколько частных. В сша, например, 350 энергокомпаний, но все вместе они составляют естественно-монопольную структуру общего пользования под контролем энергетических комиссий.

Наша монополия, как считают специалисты, во многом противоестественна. Она финансово непрозрачна даже для государства, владеющего контрольным пакетом. В ней много путаницы в вопросах собственности, не всегда ясно, где федеральная, где муниципальная, кто за что отвечает и чем "ведает" (в результате выключателями часто "ведают" местные омоны, а не диспетчеры). Она до сих пор плохо отрегулирована федеральными законами. Еще хуже - региональными энергетическими комиссиями... Значит, надо ее менять и перестраивать, но не обязательно разрушать до основания.

Есть варианты.

Заместитель начальника департамента электроэнергетики минэнерго эдуард шавров:

- ради неясных перспектив нельзя разрушать основу, региональные ао- энерго. Они ведь не просто производят абстрактный товар, они несут ответственность за энергоснабжение на своей территории. По планам минэкономразвития вместо ао-энерго в каждом регионе появится несколько филиалов так называемых горизонтальных, межрегиональных генерирующих компаний. Какая из них возьмет ответственность на себя?

по мнению шаврова, представляющего позицию министерства энергетики, первый шаг должен заключаться не в разрушении естественно-монопольной энергетики, а в разрушении незаконной монополии рао "еэс россии" на оптовом рынке:

"необходимо обеспечить недискриминационный допуск независимых (от рао) производителей энергии. А это "росэнергоатом", некоторые крупные энергосистемы, независимые станции. Все вместе независимые производят 30 % энергии. Эту конкуренцию не надо "создавать", достаточно ее узаконить".

В отличие от минэкономразвития и рао еэс ни один из авторов альтернативных проектов не покушается на региональные ао-энерго.

Национальный инвестиционный совет предлагает укрепить ао-энерго за счет возвращения в их состав федеральных тепловых и гидростанций.

Рао еэс ликвидируется как холдинг и преобразуется в сетевую компанию. Ключевой проблемой является изменение регламента региональных энергетических комиссий. Они должны быть максимально независимы от местных властей, чтобы играть роль "энергетических судов присяжных" и устанавливать тарифы на публичных слушаниях с соблюдением принципа состязательности.

Оао "русский алюминий" предлагает свой вариант, предусматривающий сохранение вертикально-интегрированных ао-энерго и организацию двухуровневого рынка энергии (федеральный и зональные). Здесь также речь идет о прямых договорах потребителей и производителей энергии.

Одним из условий при их заключении, по мнению алюминщиков, могут стать инвестиционные кредиты и прямое финансирование инвестиционных проектов энергетиков.

Миноритарные акционеры рао предлагают достаточно подробную концепцию. Главные отличия - сохранение вертикально- интегрированных компаний (объединяющих производство, передачу и распределение энергии) и менее скоропалительные темпы реформ.

А.Бранис, представитель ркм:

- мы считаем, что в результате в отрасли будет десять генерирующих, пять тепловых, три гидро- и две атомные компании. Кроме этого восемь укрупненных ао-энерго. С учетом особенностей россии реформа может потребовать от 8 до 10 лет. Первые полтора-два года уйдут только на то, чтобы навести элементарный порядок в отрасли, разобраться с долгами, обеспечить финансовую прозрачность. Без этого начинать преобразования немыслимо.

Темпы решают все.

Месяц назад проект рао был единственным пригодным для обсуждения вариантом реформы. Сегодня альтернативы возможны, ничто не заставляет соглашаться на вариант рао только потому, что он более детально разработан и получил большую огласку. Между тем трудно избавиться от впечатления, что, если бы советник президента андрей илларионов промолчал "на правительстве" 14 декабря, сегодня бы уже реформа шла полным ходом, без "лишних" обсуждений.

Президентская комиссия только еще собирается к 15 апреля сравнить варианты, а по москве уже установлены огромные рекламные щиты "от гоэлро - к реструктуризации энергетики. Рао еэс". Будто кто-то нетерпеливый подгоняет: "давай-давай, опаздываем!".

В ход идут аргументы не по существу. Менеджеров региональных энергетических компаний руководство рао соблазняет обещаниями опциона до 20 % акций будущих конкурентных компаний. Для депутатов - свои аргументы. На думских слушаниях 23 февраля анатолий чубайс так убеждал парламентариев: "учитывая объем необходимых инвестиций, придется повышать энерготарифы минимум в два раза. Кто сегодня рискнет принять это политическое решение?". (Другими словами, радикальная реформа нужна для того, чтобы все равно поднять цены, но уже вне политической ответственности властей?).

В таком важном вопросе могут ли быть иные аргументы, кроме убедительного прогноза: ситуация улучшится?

хорошо бы заранее знать, кто имеет право в конце концов махнуть рукой: "поехали!". Как будет оформлено окончательное решение о начале реформы? протоколом собрания директоров? постановлением правительства? президентским указом?

может быть, стоит прислушаться к мнению председателя комитета госдумы по энергетике, транспорту и связи в.Катренко:

- лучший способ снять недоверие - закрепить принципиальные положения реформ федеральным законом. Такие вопросы не решаются ни кулуарным лоббированием, ни голосованием на собрании акционеров. Их можно решить только на основе широкого консенсуса, с одобрения возможно большего числа профессионалов.

Решается не судьба компании, и даже не судьба отрасли, а будущее страны на далекую перспективу. В таком деле если что-то предпринимать, то лишь по мере готовности. Не назначая окончательных сроков ни на пятнадцатое апреля, ни на какое иное время "ч".

Сергей бобровский, "новые известия".